Серый коршун - Страница 74


К оглавлению

74

– Хорошо! – я встал. – Месяц у нас есть, так ведь? Мне нужно две недели. Я уезжаю завтра. Через две недели ты либо возвращаешься в Микасу, либо...

– Не вздумай умирать! – перебила она меня. – Ты мне нужен живым!

– Можешь добавить: «пока нужен», – я внезапно успокоился. – Знаешь, женушка и сестренка, раньше я видел царей лишь издалека. Наемнику ни к чему подходить ближе. А вот теперь пришлось познакомиться лично. Ну и дерьмо же вы все!

– Дурак, – Дейотара пожала плечами. – Что еще можно услышать от такого, как ты? Из тебя не получилось даже «ушебти». Деревяшка по крайней мере послушна...

– Вот именно, – согласился я. – Эти две недели сиди тихо и не вздумай меня искать. Это приказ. Ты знаешь, царица, что такое приказ?

– Знаю, – кивнула она и, помолчав, добавила:

– И все-таки, Нургал-Син, у меня к тебе просьба. Хотя ты дурак и блудливая скотина, но все-такт сбереги свою глупую голову...

КАФ
«Весь день»

Весь день я проработал с Претом. Требовалось многое уточнить, причем сделать это так, чтобы геквет не догадался о моих замыслах. К счастью, мое положение позволяло отсекать лишние вопросы. Среди прочего мы договорились, как подольше скрыть мое отсутствие. Заодно я подсказал геквету кое-что из моего скромного опыта обороны крепостей, хотя для местных козопасов акрополь Коринфа был и так практически неприступен.

Вечером я вызвал во дворец главного жреца храма Поседайона. Он оказался неглупым человеком, и вскоре я узнал все, что требуется. Для пущей верности я объявил его «гостем», велев не выпускать из дворца до моего возвращения. Лазутчики Ктимены должны потерять мой след.

Выехал я из Коринфа ночью. Пробраться через посты – и наши и вражеские – оказалось несложно. Кое-какие из них я просто обошел, а для остальных у меня нашлась табличка с печатью Ктимены, отобранная у одного из пленных. Узнать меня было нелегко – уже неделю я не брился, к тому же надел рогатый шлем, какие носят микенские воины. Я стал похож на обычного комавента, посланного с секретным донесением.

Чтобы двигаться быстрее, я по примеру эламитов взял двух коней, чтобы ехать на них поочередно. Такой способ хорош всем, кроме одного: кони отдыхают, а сам устаешь вдвое больше. Но выбирать не приходилось.

Разговор с Претом помог. Теперь я хорошо знал дороги. Точнее, настоящих дорог на моем пути почти не встретилось, но троп и тропинок хватало, и я надеялся, что выбираю нужные. Я ехал в знакомые места, но прошлый раз добирался сюда совсем с другой стороны.

Утро застало меня на горном перевале. Я поспал немного, а затем не спеша двинулся дальше. Время подходило к полудню, когда впереди показался знакомый перекресток. Вот и валун с высеченной подковой... Меня окликнули. Я схватился за секиру, но это оказался безобидный храмовый прислужник, направлявшийся туда же, куда и я – в храм Реи, Матери богов.


В большом зале, где когда-то стоял черный истукан с золотой маской, кое-что изменилось. Идол исчез, вместо него я увидел статую, которая, очевидно, изображала Рею. Выглядела Мать богов жутковато, и я с радостью покинул святилище. Служитель провел меня дальше – к главной жрице, служительнице Матери богов.

В первое мгновенье я не узнал Тею. Рыжие волосы были скрылись под белым покрывалом, да и лицо стало другим – взрослым и очень серьезным. В прошлый раз я разговаривал с юной знахаркой из Козьих Выпасов. Теперь передо мной была жрица.

– Радуйся, богоравная Тея! – улыбнулся я. – Не узнаешь? А как же твое ясновидение?

– Ванакт! – глухо произнесла она, но тут же пришла в себя. – Радуйся, Клеотер Микенский! Ты прав – я не узнала тебя, но ясновидение тут ни при чем.

Тея улыбнулась и быстро провела рукой по моей щетине. Я засмеялся в ответ:

– Ничего, через месяц моя борода будет не хуже, чем у Ашурбалита Ассурского! Ну, как твои дриады?

Между делом я разглядывал ее покои. Они ничуть не походили на жалкую хижину, которую я видел когда-то. Дорогие пурпурные покрывала, сидонские кресла, ларцы из Та-Кемт...

– Дриады... – девушка покачала головой. – Здесь им нечего делать, ванакт. Здесь царит Рея – ты сам хотел этого. Теперь я редко бываю в лесу. Ты говорил о ясновидении? Мое ясновидение вещает, что ты очень голоден и хочешь спать.

– В цель! Благородная Тея, твое место в Дельфах! Насчет сна – можно обождать, а вот завтрак...

Стол накрыли тут же. Случайно – или вовсе не случайно – на блюде оказался заяц, и я тут же вспомнил пещеру Киклопа. Не удержавшись, я поинтересовался, как поживает наш клыкастый друг.

– Рох? – Тея улыбнулась. – Он как-то приходил сюда. Знаешь, он совсем не страшный...

– Еще бы! Такой парень! Слушай, о богоравная, как ты управляешься со всем этим?

– С чем? – удивилась она.

– Ну, с храмом, жрецами, с плясками у алтаря...

– Плясками? – поразилась Тея.

– Ну да. Я как-то был в храме Ма – Великой Матери богов возле Хаттусили, и там плясали такие гм-м... ну, в общем, девицы.

– Мать богов чтят по-разному, ванакт. Обряды – это несложно. Труднее, чтобы тебе поверила Рея...

Она не шутила. Я почесал затылок.

– Ну... Надеюсь, вы нашли общий язык?

– Да. Она приняла меня, – серьезно кивнула девушка. – Теперь я могу искать у нее заступничества – и для себя, и для других.

– Это хорошо, о богоравная... – разговор свернул туда, куда мне и хотелось. – Понимаешь, я бы хотел попросить твою госпожу...

– Мать богов? – удивилась Тея. – Ты?

– Ну, не только ее, – замялся я. – Скорее тебя...

...Трудно говорить о делах царства с молоденькими девушками, особенно когда и сам не очень в этих делах разбираешься. Но порою приходится.

74